ВизиЯ Точка зрения Лидеры Писательница Мендель: о сексе, Гончаруке и Зеленском

Писательница Мендель: о сексе, Гончаруке и Зеленском

Художественный опус Юлии Мендель «Каждый из нас президент» - это безусловный образчик цинизма, вопиющей некомпетентности и рабской лести, потоком нечистот вылитый на головы украинцев. Достаточно двух-трех цитат, чтобы в этом убедиться.

Начнем, наверное, с Революции Достоинства. Прямая цитата экс-спикера Зеленского:

«Разгромные, рекордные 73% во втором туре тоже в сути своей были революцией. Только приемлемой для большинства населения без грязных палаток, разбитого Майдана, негигиеничных и холодных ночей с риском быть избитым, снесенным водометами или опрысканным газом, без всей этой революционной «романтики» прошлых веков...»

Юлия Мендель выпустила книгу о Зеленском

Гениально, как проговаривалось в одном советском фильме. Как истинный «совок», Мендель не просто подгоняет факты, создавая параллельный физической (да и политической) реальности мир, но и создает собственную мифологию.

73% - это, конечно, революция. Только напомним, что Порошенко в первом туре 2004 года получил 54%, а Зеленский в 2019-м — 30%. Остальные 43% второго тура — это протест протв ПАПа, и не в первую очередь благодаря лживой и истеричной пропаганде со стороны зекоманды. Если революцией считать подмену государственных институтов средствами массовой онлайн-дебизлизации, то да, такая революция произошла. Особенно если учесть, что действующему президенту удалось вытянуть на избирательные участки ту часть населения, которая никогда в жизни не голосовала и не брала активно участвовать в жизни государства Украина.

Позже эти люди идентифицировали себя «какая разница», но это было позже. На момент голосования мы увидели лишь верующую толпу, которая не воспринимала и до сих пор не воспринимает любые рациональные доводы. Истинные революционеры.

Далее, что такое для Мендель Революция Достоинства? Это грязные палатки, разбитый Майдан, негигиенические холодные ночи (интересно, о чем это она?) да еще с риском быть избитым, ну и далее по списку. Другими словами, они боятся. Они боятся революции, протестов, потери власти и влияния. Они боятся, что их в один прекрасный миг выкинут из комфортной, безбашенной и всевластной жизни в «негигиеническую ночь» повседневного забытья.

Тогда не будет уже возможности сохранить свою свободу, спасти награбленные на дорогах и ковид-больных капиталы и даже закрыть текущие коммерческие проекты. Вы думаете, для чего Зеленский поехал в Грузию? Подписать бессмысленную Батумскую декларацию о призрачной евроинтеграции на фоне геополитического разворота в сторону Китая? Как бы ни так! Проверить финансовую документацию на последние серии «Сватов». Вот вам вся геополитика.

Как и все остальное, включая Мендель: назидательная оценочная моралистика, и больше ничего. Они далеки от людских проблем, политики и понимания реальности. Главное для них — деньги, еще раз деньги и пропагандистская дрессировка верующего в них населения.

Ни единой политической оценки. Ни единой буквы о том, как и почему победил Зеленский. Только восхваление своего псевдобожества и проклены «революционной романтики прошлых веков». Ибо божество не уходит, оно навечно. Они реально думают, что пришли навсегда. А потому смертельно, на экзистенциальном уровне, боятся революционных потрясений. «Негигиенические ночи» - это такое извращенное, сексуально-патологическое восприятие смерти. Где-то там, в глубине души…

Кстати, о сексе. Читаем об экс-премьере Гончаруке:

«Два метра секса.

Так называла тридцатипятилетнего главу правительства моя подруга. Он запомнился трудолюбием, амбициозностью, быстрой сменой масок, колоссально накопленной агрессией, которую щедро выплеснул на парламент, а также периодом наибольшей активности в предложении и голосовании реформ... Но заслуга их принятия все-таки принадлежит президенту, а не премьеру, как мог ошибочно подумать Запад. Это Зеленский лично согласовывал каждую реформу, выбирал модели, вносил изменения».

Алексей Гончарук - два метра секса

Зовите доктора. Лучше не психиатра и сексопатолога с дедушкой Фрейдом. Конечно, и для них здесь неимоверное количество работы, - внимательно вчитывайтесь в каждое слово. Но я бы позвал зоопсихолога. По баранам. Ибо совместить «два метра секса», собственные латентные фантазии и Зеленского, агрегирующего во всей этой групповухе реформы, - могла только бывший пресс-секретарь президента. Воистину, когда итальянцы и французы в 60-х-70-х снимали фильмы об абсолютной совместимости фашизма и половых извращений, они даже не могли себе представить, на сколько актуальными окажутся их творения через 50 лет в Украине.

А самое главное опять — ни слова о политике, ни звука политической оценки. Главное - «модели» и «реформы». Единственное, чему Мендель выучилась за два года производства постоянных факапов.

Однако, ради справедливости, нужно признать: иногда прорывалось. О том же Гончаруке:

«Во-первых, ему не хватало институционального опыта. Сложно из общественного активиста превратиться в премьера сорокамиллионной страны. Он заметно терялся в кризисных ситуациях, прекрасно выполняя коммуникационную функцию и мало понимая в операционной системе... Закрытый в своем эгоцентризме, Гончарук часто срывался на фракции, в которой его откровенно ненавидели... В целом Гончаруку просто надо было повзрослеть. И это сложно давалось мальчику, который до того, как его кандидатуру представил президент, более часа игрался на приставке в офисе партии».

Ну то есть «институциональный опыт» заключается в безусловном и безукоризненном подчинении «мальчика»-активиста опытному стратегу (и старшому по возрасту) президенту. Причем у них разница в 6 лет.

Что же такое «операционная система» в понимании Юлии Мендель — трудно понять. Не политическая система уж точно. Ибо для них парламент — это фракция, не более того. И не офис партии, где такие «мальчики» играются в игрушки, ожидания решения «великого и могучего Зе».

Здесь наиболее интересен пассаж о том, что во фракции «Слуга народа» премьер-министра Гончарука от монобольшинства СН «ненавидели». Вполне логично, если ничего не понимать в «операционной системе», но при этом отлично выполнять «коммуникационную функцию». Если вы испытывали такие чувства, - про рациональный выбор и голосование мы уже не говорим, - зачем тогда голосовать «за»? Выбирали бы другого. Нет, они покорно молчали — старшой приказал. Зовите зоопсихолога. Баранам раздали красно-желто-зеленые кнопки. У них появились зачатки рефлекторной активности...

Ну и на десерт:

«Андрею Ермаку создали слишком серьезный негативный образ... Как второе лицо государства, он перебрал на себя ответственность за множество политических кризисов... Сложно представить себе более преданного поставленным целям человека с оригинальными подходами».

Андрей Ермак на отдыхе

Боже, не говорите слова «институциональный опыт»и «операционная система», если они бессмысленны в вашей физической реальности. Просто красиво, умнО и так, литературщина. Юлия Владимировна (господи, уже номер два), второе лицо в государстве — это премьер-министр. Тот же Гончарук, например. А третье — это глава парламента. Дмитрий Разумков в данном случае. А Ермак — это кто? Где его место в конституции? В законах? Какой у него правовой, государственный статус?

Зато у Андрюши — колоссальная власть, влияние и делегированные физическим лицом Владимиром Зеленским политические полномочия. На уровне вице-президентских. Что, в принципе, логично в конструкции власти без государственных институтов, независимого законодательного органа и подчиненной корпорации «Слуга Народа» судебной системы. Где личное желание одного человека выше, чем закон и право. И где он воспринимается как царь — среди приближенной свиты и безмолвного народа, жаждущего во власти видеть лишь «решалу» всех своих проблем.

И это, по сути российское, имперское желание безмолвно прислуживать «царю-батюшке», прекрасно уловили в зекоманде. И не промахнулись: народ жаждет моральных оценок и перемывания косточек ушедших из власти политиков. Он не дорожит гражданскими правами и свободами, он не жаждет заложить институциональные основы своего будущего. Потому что будущего у рабов нет.

И другой политической реальности, к сожалению, у нас в ближайшие годы не будет. Пока не перестанем верить в обещания, морально-кристальные образы и в то, что «добрый человек» (Христос по Булгакову») построит за нас рай на Земле. Мы еше должны дорасти до свободы. Осознать ее и прочувствовать кровью. Может, тогда появится иная, идеологическая, градация политического выбора.